Судебное противостояние вокруг OpenAI набирает обороты: Илон Маск настаивает, что компания отошла от своих первоначальных принципов и должна вернуться к некоммерческой модели. В рамках разбирательства его сторона даже предложила президенту OpenAI Грегу Брокману отказаться от многомиллиардной доли и вернуть около $29 млрд.

Ключевым аргументом стали личные записи Брокмана, сделанные ещё в 2017 году. По мнению адвокатов Маска, они демонстрируют, что руководство OpenAI изначально рассматривало возможность коммерциализации проекта, несмотря на публичные заявления о гуманитарной миссии.

Судебные слушания в США сосредоточены на конфликте между бывшими сооснователями OpenAI. Илон Маск утверждает, что Сэм Альтман и Грег Брокман постепенно изменили курс развития организации, превратив её из некоммерческой инициативы в прибыльный бизнес.

В ходе заседаний Брокман подтвердил, что владеет долей в компании, стоимость которой оценивается примерно в $30 млрд. Однако именно этот факт стал одним из главных поводов для критики со стороны Маска.

Адвокаты предпринимателя представили выдержки из личного дневника Брокмана, где тот размышляет о финансовых целях и, в частности, упоминает желание заработать $1 млрд. В записях также встречаются формулировки о привлекательности идеи «зарабатывать миллиарды». Сторона Маска интерпретирует это как свидетельство того, что коммерческие интересы присутствовали ещё на раннем этапе развития OpenAI.

Сам Брокман с такими выводами не согласен. Он подчеркнул, что приоритетом для него всегда оставалась миссия компании, связанная с безопасным развитием искусственного интеллекта, хотя финансовая мотивация действительно занимала второе место.

Дополнительный резонанс вызвали записи, в которых Брокман рассуждает о взаимодействии с Маском. В частности, он отмечал, что не стоит давать обещания о сохранении исключительно некоммерческого статуса, если в будущем планируется создание коммерческой структуры. По мнению юристов Маска, это подтверждает, что его могли сознательно вводить в заблуждение.

Отдельным эпизодом стало обсуждение личных инвестиций Брокмана. Ранее он заявлял о готовности вложить около $100 тыс. в проект, однако фактически этого не произошло. На суде он пояснил, что ожидал подходящего момента и сигнала от руководства. При этом он заявил, что готов сделать такой вклад даже сейчас.

На этом фоне представители Маска предложили Брокману отказаться от большей части своей доли в пользу некоммерческой структуры, если его изначальная цель действительно ограничивалась заработком $1 млрд. Прямого согласия на это предложение Брокман не дал, отметив, что его доля — это результат многолетней работы и усилий команды.

По его словам, превращение OpenAI в одну из самых дорогих технологических компаний потребовало значительных ресурсов, и текущая оценка отражает вклад основателей. Он также подчеркнул, что наличие доли не влияло на его решения в качестве члена совета некоммерческой организации.

В ходе слушаний всплыли и другие детали. В частности, стало известно, что Брокман владеет долями в проектах, связанных с Сэмом Альтманом, а также имеет участие в семейном инвестиционном фонде, управляемом главой OpenAI. По версии стороны Маска, такие связи могли повлиять на управленческие решения и стратегию компании.

Попытка Маска урегулировать конфликт до суда не увенчалась успехом. По данным СМИ, он предлагал снять взаимные претензии, однако в случае отказа угрожал нанести серьёзный репутационный удар. Эта переписка не была принята судом как доказательство, поскольку была представлена с опозданием.

В целом Маск добивается не только финансовой компенсации, но и серьёзных изменений в управлении OpenAI. Среди его требований — отстранение текущего руководства и возвращение компании к изначальной некоммерческой модели.

Разбирательство продолжается и может стать одним из ключевых кейсов, определяющих будущее не только OpenAI, но и всей индустрии искусственного интеллекта.