В конце XIV века бывший брянский боярин, а позднее рязанский священник Софоний Рязанец создаёт одно из ключевых произведений древнерусской литературы — повесть «Задонщина». Этот текст, посвящённый победе русских войск над Мамаем в Куликовской битве, давно стал хрестоматийным. Однако при внимательном чтении он неожиданно ставит в тупик современного читателя — прежде всего из-за странной и непривычной терминологии.

Загадочная фраза князя Дмитрия

В «Задонщине» описывается пир у боярина Микулы Васильевича, во время которого великий князь Дмитрий Иванович (будущий Донской) произносит слова, звучащие сегодня крайне неоднозначно:

«Пришла к нам весть, братья, что царь Мамай стоит у быстрого Дона, пришёл он на Русь и хочет идти на нас в Залесскую землю… Что же ты, поганый Мамай, заришься на Русскую землю? Ведь побила тебя теперь орда Залесская».

Для человека, воспитанного на школьной схеме «Русь против Орды», подобная формулировка выглядит почти парадоксально. Какая ещё «орда Залесская»? Разве орда — это не исключительно «чужая», степная, татаро-монгольская сила?

Орда — не всегда «враг»

Ключ к пониманию заключается в том, что в XIV веке слово «орда» имело куда более широкое значение, чем в более поздней историографии. Оно обозначало не столько этническую принадлежность, сколько военно-политическое объединение, крупное войско, собранное под властью конкретного правителя.

Поэтому в источниках того времени мы встречаем:

• орду Мамаеву — войско темника Мамая,

• орду Залесскую — объединённые силы северо-восточных русских земель (Залесья),

• а иногда и другие «орды», названные по территории или лидеру.

Иными словами, «орда» — это форма организации силы, а не маркер «своего» или «чужого».

Кто такие «залесские»

Термин Залесская земля (или просто Залесье) относился к северо-восточной Руси — землям за лесами по отношению к Киеву и Днепру. Это территория будущего ядра Московского государства: Владимир, Суздаль, Ростов, Москва.

Когда Софоний пишет об «орде Залесской», он имеет в виду войско, собранное именно из этих земель, — то есть армию Дмитрия Ивановича и его союзников. В этом контексте фраза «побила тебя орда Залесская» звучит не как оговорка, а как торжественное заявление о силе и сплочённости русских княжеств.

Граница «своих» и «чужих» была подвижной

Дополнительную путаницу создаёт и реальная политическая картина XIV века. В сражениях того времени не существовало простой схемы «русские против татар»:

• в войске Мамая находились не только степняки, но и генуэзские наёмники, и русские князья-союзники;

• в войске Дмитрия — помимо русских дружин — могли быть выходцы из Орды, служившие разным князьям;

• многие княжества действовали исходя не из «национальной идеи», а из текущей выгоды и династических интересов.

В этом смысле Куликовская битва была не столько войной «Руси с Ордой», сколько столкновением двух крупных военно-политических коалиций, каждая из которых сама по себе напоминала «орду».

Почему это важно сегодня

Современное восприятие прошлого часто упрощает сложные процессы, подгоняя их под удобные схемы. Однако тексты вроде «Задонщины» показывают, что для людей XIV века мир был куда менее чёрно-белым:

• «орда» могла быть и своей, и чужой;

• политическая идентичность нередко оказывалась важнее этнической;

• язык источников отражал реальность своего времени, а не наши современные представления.

Поэтому, сталкиваясь с формулами вроде «орда Залесская» и «орда Мамаевская», не стоит искать в них ошибку или противоречие. Скорее, это напоминание о том, что прошлое говорит с нами на своём языке — и его ещё нужно научиться понимать, а не переводить «с наскоку».